Против незримой и слепой руки рынка


С лета 2020 года на Сахалине не прекращаются акции протеста. Дело в том, что господа эффективные менеджеры из дочерней компании «Роснефть» «РН-Сахалинморнефтегаз» были и остаются эталонными представителями верховодов нынешнего общественно-политического строя России. Урвав кусок инфраструктуры, созданной куда более развитой советской цивилизацией, жирели на нём до упора и твёрдо следовали логике временщиков. О критическом состоянии трубопровода было известно ещё с 2016 года. Но их это не волновало. Естественно, в итоге трубопровод не выдержал. Восстанавливать его после катастрофы? Вкладывать большие деньги? А зачем? Тем, кто, сидя на нём, жирел, проще бросить этот участок и перейти на другие. Благо объектов инфраструктуры во времена Советской власти было построено много.

ПОСЛЕ ТОГО как работники компании начали возмущаться, было объявлено, что дело не в аварии, а в обязательствах государства по сокращению добычи углеводородов, связанных с решением ОПЕК. Правда, к исполнению решения ОПЕК РФ приступила значительно позже аварии. Но если нынешние «хозяева жизни» от закрытия эксплуатировавшихся прежде месторождений ничего не потеряли, то для населения Охи оно означает одно: катастрофу! В городе нет другого производства, кроме добычи нефти и газа. К тому же месторождения обеспечивают работу Охинской ТЭЦ. Сегодня в её работе уже начались перебои.

В этих условиях первичка профсоюза «РН-Сахалинморнефтегаз», входящая в Межрегиональный профессиональный союз работников энергетической отрасли (МПРЭО), начала борьбу. Перед первым пикетом начальство обещало протестующим, что проблему решат и всё будет хорошо. Правда, обещали как-то неуверенно и неопределённо. А работникам хотелось твёрдых гарантий, закреплённых в конкретных планах и документах. В итоге митинг был назначен на 8 августа. Его провести разрешили, но без использования звукоусиления. Оказалось, преднамеренно, так как в момент его проведения городская администрация по соседству организовала выступление музыкантов с… мощными динамиками. Митинг охинцев дружно переместился на спокойную улицу, но тут подключилась полиция: последовали задержания, суды, штрафы размером до 30 тысяч рублей.

На работе тоже началась форменная вакханалия. Людей вызывали к начальству и заявляли, что они будут уволены, если немедленно не перейдут из МПРЭО в послушную первичку, входящую в ФНПР и давно существующую на данном предприятии. Изначально «уговорами» занималась служба безопасности «Сахалинморнефтегаза», затем ей на помощь подвезли специалистов из службы безопасности «Роснефти» со всей РФ. Людям обещали, что, если будут упрямиться, их не только уволят, но и занесут в «чёрный список», после чего не возьмут на работу нигде в отрасли.

К слову, о первичке ФНПР. По закону, когда на предприятии есть две первички и ни в одной нет 50% сотрудников, то в заключении коллективного договора принимают участие обе. У начальства «Сахалинморнефтегаза» на этот счёт другое мнение. К заключению колдоговора была привлечена только шмаковская первичка.

Что в итоге получилось, догадаться нетрудно. Достаточно отметить, что большую часть объёма коллективного договора составляет регламент использования оборудования (131 страница из 166). Правам же работников посвящены 3 страницы, переписанные из Трудового кодекса РФ. Более того, по заключению Сахалинского агентства по труду и занятости, в договоре «выявлены условия, ухудшающие положение работников по сравнению с трудовым законодательством и иными нормативными актами, содержащими нормы трудового права». К тому же новый колдоговор не содержит никаких гарантий по поводу компенсаций при массовых сокращениях (на этом твёрдо настаивал МПРЭО), а именно массовых сокращений и вынуждены опасаться в настоящий момент нефтяники Охи и Ноглик.

Сахалинским агентством по труду и занятости была признана незаконность заключения коллективного договора с участием только одной профсоюзной ячейки, когда на предприятии их две и ни одна не объединяет более половины работников. В вынесенном агентством заключении отмечено, что подобное принятие колдоговора нарушает ч. 5 ст. 37 Трудового кодекса РФ.

И вот первичка МПРЭО подала по поводу процедуры заключения данного коллективного договора иск в суд. Судья Охинского городского суда Разяпова провела 4 заседания, после которых 27 ноября 2020 года вынесла вердикт: прекратить производство по иску в связи с тем, что иск о нарушении трудовых прав гражданскому суду не подсуден. Идите, мол, в арбитраж, уважаемые граждане, а мы рассмотрение прекращаем.

Тем временем нефтеменеджеры проводили работы по подготовке к утилизации и самих приисков, и трудовых коллективов. К концу ноября с нефтяных качалок были сняты 236 электродвигателей, извлечены из скважин глубинные насосы. Всё это отправлено в Ноглики. В лучшем случае, для хранения, в худшем и очень вероятном — для утилизации. Что же касается персонала, то воспитательную работу с ним начали с пенсионеров. Их стали убеждать взять компенсацию в 460 тысяч и уйти по собственному желанию на пенсию в 30 тысяч. 460 тысяч рублей — много ли это, когда цены в регионе, куда всё доставляется только самолётом, многократно выше, чем на материке? Ответ ясен.

13 ДЕКАБРЯ протестные акции повторились. К ним присоединился Южно-Сахалинск. На митинге поднималась тема банкротства 68-й мехколонны, которая несколько десятилетий вела строительство на Сахалине. Она возводила линию электропередачи, жильё, магистрали. А теперь… «не вписалась в рынок», видимо, потому, что губернатору Лимаренко хочется передать строительные объекты своим столичным бизнес-партнёрам. В качестве таковых сахалинцы упорно называют группу «ПИК». Добавим, что в результате банкротства мехколонны образовалась задолженность перед работниками на сумму более 100 миллионов рублей. Губернатор Лимаренко обещал, что возьмёт выплату долга под контроль и она будет погашена до 25 ноября. Назначенная дата давно прошла, но задолженности не погашены.

На митинге в Охе была поднята тема слияния двух коммунальных предприятий: МУП ЖКХ и МУП ОУК. Оно сопровождается сокращениями работников и передачей техники в коммерческие структуры.

Хозяева Сахалина ответили на поставленные перед ними вопросы так, как уже привыкли отвечать. 14 декабря депутату собрания Макаровского района, коммунисту Сергею Мустяце разбили окна на его рабочем месте. Он очень активно выступал против сокращения мехколонны. В этот же день работающие на «РН-Сахалинморнефтегазе» нефтяники получили извещения, которые сложно понять иначе, как обещание с января не выплачивать премии. А премия — это более половины зарплаты работника. И наконец, руководство «РН-Сахалинморнефтегаза» выселило профсоюзную организацию, входящую в МПРЭО, из ранее выделенного кабинета. Напоминаем, выделение кабинета независимому профсоюзу с численностью более 100 человек — это не добрая воля работодателя, а его обязанность (статья 377 ТК РФ). Когда же профсоюз обнародовал факт выселения, господа хозяева даже изволили возмутиться. Естественно, профсоюз МПРЭО не прекратил свою работу. Его адрес в настоящее время: Оха, ул. Карла Маркса, 18, кабинет 8.

ВЕРУЮЩИЕ в экономический либерализм говорят, что их божество — всезнающая, всемогущая и всесправедливейшая Незримая Рука Рынка награждает за экономически правильное поведение и карает за неправильное. Однако на Сахалине менеджеры, своей бесхозяйственностью устроившие катастрофу, «в шоколаде». Местные власти, ради своих прибылей разоряющие строительные и муниципальные предприятия, тоже процветают. А вот работников, добросовестно исполняющих свои обязанности, невидимая рука покарала.

В общем, это слепое божество пора изгонять из России. Благо из истории ритуал изгнания известен и в нашей стране был успешно опробован.

Александр Зимбовский

Предыдущая запись
Следующая запись

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подписаться по эл. почте

Укажите свой адрес электронной почты, чтобы получать уведомления о новых записях.

Присоединиться к еще 18 подписчикам